Судебный иск Сатоши против Bitcoin: 44 кошелька прекратили активность в сети

Иск в Нью-Йорке, направленный на установление юридического права собственности на неактивные кошельки Bitcoin, сузился после того, как несколько перечисленных адресов перевели средства. Глава исследовательского подразделения Galaxy Research Алекс Торн сообщил, что истцы по делу об «оставленных Bitcoin» исключили 44 ответчика из общего списка в 39 069 человек. Иск был подан анонимным «Ноем Доу» и двумя компаниями из Вайоминга с требованием признания права собственности на долгое время неактивные кошельки Bitcoin.

Торн отметил, что каждый из удалённых кошельков перевёл монеты в цепочке (on-chain) после подачи иска. «Каждый из них перевёл монеты в цепочке после подачи иска», — написал он в треде от 8 июля на платформе X. По его словам, на момент начала дела 44 исключённых адреса содержали 21 443 BTC. Позже эти кошельки перевели в цепочке 46 334 $BTC и сейчас содержат около 3 097 BTC.

Между тем, в иске просится, чтобы Верховный суд штата Нью-Йорк признал такие кошельки заброшенной собственностью в соответствии с законодательством штата о потерянных и найденных вещах. Первоначальный иск касался 39 069 кошельков, содержащих примерно 3,7 млн $BTC, включая адреса, связанные с Сатоши Накамото и хакером биржи Mt. Gox.

Активность этих кошельков имеет значение, поскольку в самом иске прямо указано, что кошельки, совершившие действия в цепочке, будут исключены из дела. Торн отметил, что последнее изменение иска, похоже, следует именно этому принципу — из списка удаляются адреса, которые более не соответствуют заявленному критерию «длительной неактивности». Это обновление усиливает давление на теорию истцов.

Неактивные Bitcoin могут оставаться нетронутыми годами без риска потери, особенно если их владельцы используют холодное хранение. Кошелёк может оставаться неактивным, в то время как владелец по-прежнему контролирует приватный ключ. Более того, как сообщило издание crypto.news, кошелёк с балансом 30 $BTC совершил перевод спустя почти 15 лет бездействия, будучи при этом упомянутым в данном иске. Этот перевод последовал за другими переводами с указанных в иске адресов, что ослабляет утверждение о том, что одна лишь неактивность доказывает отказ от владения.

Дело уже вызвало официальное возражение. Адвокат Ян Р. Коэн оспорил иск и заявил, что неактивные самоконтролируемые Bitcoin не могут считаться заброшенной собственностью в соответствии с законодательством штата Нью-Йорк. Подача Коэна состоялась до слушания 14 июля, посвящённого процессуальным вопросам по делу. Суд приостановил дальнейшие действия по делу, ограничив возможность истцов добиться решения по умолчанию до разрешения данных процессуальных вопросов.

Также «Цифровая палата» (Digital Chamber) подала амичус-бриф (amicus brief), выступающий против иска. В документе отмечается, что толкование закона штата Нью-Йорк со стороны истцов может затронуть самоконтролируемые цифровые активы далеко за пределами тех кошельков, которые названы в иске. В более раннем отчёте Galaxy также указывалось, что даже победа истцов в суде не передаст им приватные ключи. Суд лишь вынесет юридическое заявление, которое, однако, может породить проблемы, если какие-либо монеты впоследствии окажутся на регулируемой бирже или у хранителя (custodian).

Дело остаётся в центре внимания, поскольку многие перечисленные кошельки связаны с ранней добычей Bitcoin. Galaxy сообщает, что в иске фигурирует более 21 000 адресов, соответствующих так называемому «патоши-паттерну» (Patoshi-pattern), которые, по мнению исследователей, принадлежат создателю Bitcoin Сатоши Накамото.

Торн заявил, что «нет никаких доказательств того, что какой-либо из 39 тыс. адресов является „потерянным“», тогда как последние исключения наглядно демонстрируют, что некоторые кошельки по-прежнему находятся под контролем владельцев. Его комментарии усиливают аргумент о том, что длительное молчание в блокчейне не тождественно юридическому отказу от владения. У истцов по-прежнему остаются тысячи адресов в качестве ответчиков. Однако исключение активных кошельков показывает, что список ответчиков не является фиксированным и что действия в цепочке могут существенно изменить конфигурацию всего судебного дела.